Предисловие из "Энциклопедии вампирской мифологии" (черновик)

Вампир.
Те люди, которые верят в существование сверхъестественных созданий, кровососущих хищников, преследующих человечество по ночам, только услышав это слово, сказанное вслух в переполненной комнате, сразу обращают внимание на говорящего. Все взгляды обращаются к нему, в то время как их тела напрягаются, словно стадо оленей в общем процессе принятия решения — следует бежать или нет.
Возможно существует еще какая-то примитивная часть нашего мозга, которая все еще связана со страхом перед этой отнимающей жизни сущностью ночи. Современный человек, при всех своих достижениях и развитии науки и техники, знает, что вампир не существует и все же... ночью есть тот слабый голосок в затылке или дрожь в нижней части живота, которые шепчут: «Но что если...»
В то же время есть люди, которые глубоко очарованы вампиром; для них вампир не чудовище, ищущее жизни для садистких действий ужаса и насилия в ночи и вечном мраке смерти. По правде говоря, образ, который они воображают — это несчастная байроническая фигура, нуждающаяся в понимании, сострадании и любви. Для поклонников сверхъестественной романтики вампир, с его сотнями лет сексуального опыта полученного из этого — почти идеальный возлюбленный: страстный, подавляющий и соблазнительный — он любит только ее, хочет только ее, ему нужна только она — та, кто сможет спасти его от изолированного, мрачного и монотонного одиночества.
Я думаю, что меньше всего людей, слыша слово «вампир», думают «паразитическая форма жизни»; возможно только одно это слово самое негодное, выпадающее из Бритвы Оккама, принципа, что самый простой и логичный ответ, скорее всего, правильный. Увидев летучую мышь, порхающую в ночи, кто из нас действительно думает: «Это существо, поедающее за ночь 8 000 москитов, и без него мы все умерли бы от малярии». Можно с уверенностью сказать, что верно обратное, что видя летучую мышь мы думаем о болезни и смерти, о всех словах, напоминающих вампира, потому что их всегда обвиняли как носителей таких страхов.
Со времен зарождения человечества существовала вера в сверхъестественных вампиров. У каждого социума есть мифы о вампирах, подобно мифам о наводнении. Фактически, деталь одного из самых ранних письменных произведений, обнаруженная археологами, была не любовным стихотворением, не рецептом или религиозным текстом, а скорее магическим заклинанием, написанным 4 000 лет до н. э. Предполагается, что оно было написано матерью, которая пыталась защитить своего ребенка от нападения экимму — разновидности вампирического духа, который уже тогда считался древним злом. 13 февраля 1892 года, статья в «Нью-Йорк Таймс» до тошноты/уныло/ad nauseam обсуждает некоторые древние письма из переписки между ассирийским монархом Дузраттой, правителем Митанни, и царем Египта Аменофисом III. Датируемые примерно с 1500 годом до н. э., в этих письмах обсуждается прибытие эмиссаров и послов. Что делает письма настолько ценными, то, что они содержат 500 строк аккадских и вавилонских представлений относительно веры в ведьм и зловредных духов, преследующих человечество. Для удовольствия читателей статья даже приводит перевод на английский язык большую часть заклинания для изгнания демона, а также полный перевод краткой магической формулы для использования против десяти различных типов дьяволов, включая лилит и экимму.

Я держу высоко факел, поджигаю изображения
Утукку, Шеду, Рабишу, Экимму,
Ламашту, Лабасн, Ахабаза,
Лила, Лилиту — служанки Лилу —
Всего, что враждебно, что нападает на меня.
Пусть их дым вознесется на небеса,
Пусть их искры покроют солнце,
Пусть жрец, сын бога Эа, разрушит их заклятья.

Часто реальность и восприятие реальности — две разные вещи. Кажется очень маловероятным, что такие существа были когда-то или что древние вавилоняне, египтяне и инуиты могли развиваться и бояться это самого вампира примерно в одно и то же время — и все же они сделали это.
Несомненно, это не доказательство того, что такие вампиры как экимму, когда-то существовали, только того, что древний человек был уверен в этом. На самом деле/фактически, человеку не обязательно быть настолько древним, чтобы глубоко верить в вампиров.
В 1576 году чума опустошила итальянский город Венецию, некоторые верили, что ее распространяли вампиры. Стремясь взять верх над нежитью и помочь контролировать широко распространившееся заболевание, предполагалось, что могильщики, хоронившие жертв чумы, возьмут дело в свои руки. Маттео Боррини из Флорентийского университета в Италии обнаружил скелетные останки женщины, в рот которой был всунут кирпич, что является признаком/знаком предположения, что она вампир. Боррини считает, что могильщики вернулись бы к массовой могиле с большим количеством тел для погребения, после двух- или трехдневного отсутствия.
Именно в это время они заметили, что один из трупов, женщина, по-видимому, грызла свой погребальный саван. Он также подозревает, что мужчины заметили нечто, что выглядело как свежая кровь на губах и зубах, а также на остатках ее савана. Пятьсот лет назад было принято считать и широко признавалось, что вампиры распространяют чуму, лежа в могилах и грызя свои саваны — каким-то мистическим образом это действие распространяет чуму на выживших членов семьи. Могильщики считали, что кирпич во рту вампира мешал созданию и дальше жевать саван и спасал тем самым жизни неисчислимого числа людей. «Кровь», которую, должно быть, видели могильщики, на самом деле была не кровью, а скорее насыщенными ферментами физиологическими жидкостями, вытекающими из трупа, некоторые из них, по-видимому, пузырились изо рта и, будучи слегка кислыми, разъедали часть савана. К тому времени, когда кирпич поместили в челюсти трупа, эта стадия разложения была бы уже пройдена, поэтому, если могильщики когда-либо проверяли своего вампира, они были бы очень довольны собой, увидев, что средство защиты работает. Едва ли единичный случай, этот фольклорный обычай также практиковался в Польше и на греческих островах. На осколках керамики, известных как черепок, священник однажды начертал слова IXNK («Иисус Христос побеждает»), прежде чем положить его в рот покойного.
Вампиры, без сомнения, самый адаптирующийся монстр, которого когда-либо выдумывало человечество. Единороги и грифоны пришли и ушли из человеческих фантазий, но вампир остался.
На каждом этапе нашего социального развития находился и вампир. Когда человек был охотником-собирателем, вампир таился в темных джунглях и поджидал в засаде — невидимая сущность, не оставляющая ничего, кроме искромсанных и ненужных остатков от убийства. Например, только при свете дня или в сиянии ночных костров человек был в безопасности от вурволаки из албанского фольклора. И справедливости ради, только потому, что вампир атаковал свою жертву ночью, это не означало, что он автоматически восприимчив к солнечному свету; большая часть ведет ночной образ жизни и с помощью хитрости использует природный страх человечества перед ночью.
Маарт из Австралии — один из таких подстерегающих хищников. Его сверхъестественные силы находятся на пике в ночное время, но это не означает, что человек автоматически защищен от его атаки во время дневного света. Поскольку культуры продолжали становиться более социально динамичными, так же делал и самый коварный и печально известный наш преследователь.
Когда человек перестал следовать за стадами животных и решил сделать постоянные поселения, выращивать урожай и развивать общества, вампир поселился рядом с ним. Он обладал способностью вызывать засухи и уничтожать драгоценное зерно. Он заставлял реки пересыхать и насылал чуму.
По всей восточной Европе вампирический ревенант, известный как таксим, подпитываемый жаждой мести, распространял чуму повсюду где бродил. В обществах, где бесценными мыслились стада крупного рогатого скота, вампиры нападали на них; известно, что нукелави — вампирский фейри Оркнейских островов Шотландии, — сталкивал стада с крутых скал в море. Если племя самой большой драгоценностью считало своих детей, их дети были бы единственной пищей, которой питался вампир, как в случае с упором из России. Высоко в горах и в приарктических регионах, где важнейшим приоритетом было сохранение тепла, вампиры в тех местах, такие как хрисири, ликъичири, наках и пиштако — выживали на жире и тепле.
К тому же, независимо от того, где селился человек, как было создано и управлялось его общество, вампиры этого региона всегда представали тем, что человек считал самым страшным аспектом своего общества, которое только можно вообразить. Будь то невидимый и неосязаемый дух, труп, восставший и оживленный демонической силой, или сосед за следующей дверью — вампир всегда был поблизости и готов к удару.
Неудивительно, что такой обширный страх, то есть вампир, имел столь же широко распространенный ресурс для противостояния ему: чеснок. Мало того, что этот овощ в изобилии растет в дикой природе в большинстве районов мира в широком диапазоне почвенных условий, его очень легко культивировать, это вкусная и здоровая пища, и так случилось, что это естественный репеллент от вампиров. От асема Республики Суринам до збуратора румынского фольклора, простой зубчик чеснока используется, чтобы отвадить худшего и самого опасного из сверхъестественных врагов человечества.
По правде говоря, чеснок не универсальное средство устрашения; другие общие продукты, которые можно было использовать для предотвращения вампирского нападения: семена мака, зерна риса, семена кунжута, железные опилки и перец. Каждый из этих предметов оставленный для вампира или брошенный прямо перед ним, заставит его остановиться и пересчитать все. В идеале, этот навязчивый подсчет займет у монстра всю ночь, задерживая его достаточно долго, чтобы солнце поднялось и уничтожило его; считается, что это справедливо для сукоин восточной Индии.
Кроме того, так уж вышло, что практически в любом месте мира, где поселился древний человек, fraxinus excelsior, более известный как ясень, был признан самым совершенным деревом для создания колышка в сердце вампира. По словам Плиния Старшего: «Все злые создания страшатся ясеня». Вампирического ревенанта из истрийского фольклора, известного как стригон, можно уничтожить только с помощью такого оружия. Даже когда организованные религии начали приобретать силу и влияние, их боги и отдельная вера не смогли погасить врожденный и глубоко укоренившийся страх и верование, которые люди всегда питали к вампиру. Вместо того, чтобы пытаться развеять создание, они приняли его, дали страху обоснованность, а затем приложили собственные убеждения на существующий вампирский фольклор, легитимизировав его еще сильнее. Нет лучшего примера такого процесса, чем трансформация томтина. Когда-то их боялись как вампирических фейри, которые служили богам плодородия древних германских племен, до смерти забивая путников цепями, а затем выпивая кровь из трупов. Христианство и стремление церкви заполучить больше новообращенных поглотили региональный фольклор о томтине. Вместо того, чтобы служить своим языческим богам, томтин принял христианство и стал добровольно служить Святому Николаю. Через много лет спустя, томтин в истинно вампирском стиле эволюционировал снова, но на этот раз в то, что нам всем очень хорошо знакомо — эльфов Санта-Клауса, мастерящих игрушки.
После того как распятие и молитвенные листы из рисовой бумаги стали с легкостью достижимы для обычного человека, неудивительно, что эти доступные религиозные предметы смогли бы защитить человека от нападения талакэйс и хули цзин. Независимо от того, насколько вампир злобен, жесток и кровожаден, всегда есть простые, недорогие и распространенные способы, с помощью которых его можно победить, то есть, при условии, если человек способен встать, встретить страх лицом к лицу и противостоять ему.
Даже сегодня, в двадцать первом веке, люди во всем мире по-прежнему верят в вампиров. Почему так? Никогда не было ни малейших археологических данных, доказывающих, что хотя бы один вид из более чем 600, включенных в эту энциклопедию, когда-либо существовал. Мы обнаружили ископаемые остатки флоры и фауны, жившей миллионы и миллионы лет назад. Мы с такой частотой клонируем животных в лабораториях по всему миру, что это едва ли может стать предметом обсуждения в газетах. Космические корабли и спутники регулярно проникают через атмосферу и отправляют людей в космическое пространство, поэтому часто их обломки на самом деле представляют серьезную опасность для путешествий, превращая наше небо в свалку, и никто даже не думает, что это захватывающе или заслуживает освещения в печати. Мы нашли жизнь, процветающую в самых глубоких частях океанского дна. Мы даже нашли то, что, по всей вероятности, является значимым научным доказательством существования в прошлом жизни на Марсе — на планете в 36 миллионах миль от Земли. Мы умелые, умные и образованные люди, и все же вера в вампира остается. Почему так? Как это возможно? Почему вера в это мифическое существо умирает так медленно, несмотря на отсутствие каких-либо подтверждающих фактов или доказательств, особенно в наши современные дни и годы? Возможно ли, что где-то мы, как вид, должны верить, что вампиры — реальны? Что вне поля нашего зрения, просто за пределами досягаемости, существуют такие ужасы, которые намного хуже тех, что как мы уже знаем, реальны, принимаем это и живем с ним? Вырастем ли мы когда-нибудь из этого видового страха, который заставляет нас верить в существование вампира и, по крайней мере, перестанем ли нуждаться в страхе, который он собой вызывает? До сих пор мы не смогли избавиться от него. Мы преодолели страх перед огнем, так почему не перед вампиром?
Акула, возможно, самый совершенный убийца природного мира, мало изменилась за все эпохи, в то время как вампир находился в состоянии постоянных перемен. Услада дарвиниста — неживое существо, которого мы, очевидно, навеки боимся, всегда приспосабливающееся к новым условиям. Сегодня вампир рассматривается многими как объект сексуального желания, байроническая и уязвленная душа, которая нуждается и ищет живого человеческого спутника, чтобы тот вдохновил его продолжать существование.
Книги, комиксы, фильмы, музыка, телевизионные передачи, театр — нет такой формы масс-медиа, которую не завоевал бы вампир. И по мере того, как наш мир становится все меньше, из-за простоты и доступности средств связи, таких как Интернет, и постоянно растущего населения планеты, вампир — прямо там в этой смеси. В то время как культуры сталкиваются, их мифологии смешиваются и вампир снова превратился в нечто современное и вновь страшное для более широкой аудитории.
Трудно оставаться стоическим и объективным в отношении такого хищнического сверхъестественного существа, как вампир, потому что даже если человек не склонен верить, что они реальны и ходят между нами, преступления, которые, как считается, они совершили безусловно самое ужасное, что наше общество способно себе представить. Просто попытки представить, что испытывают его жертвы, поскольку пожираются живьем, достаточно, чтобы у вас поседели волосы, а спать захотелось со включенным светом. Именно из-за ужасающего характера преступлений, которые они совершают, методологии, которую они используют и того, как легко они разрушают чувство доверия и безопасности, нам будет сложно найти кого-то, у кого вообще не было бы мнения по этому вопросу. По этой причине энциклопедии, независимо от их темы, настолько важны для исследователей. Эти книги предназначены для того, чтобы быть исчерпывающим ресурсом по предмету, стягивая в одном месте все связанные кусочки надежных данных из всех областей знания и при этом — а это самая важная часть — изложенных непредвзятым и беспристрастным тоном. По общему признанию книги такого рода редко встречаются в списках бестселлеров, поскольку они выбирают заслуживающее доверия, а не сенсационность, но еще долго после того, как название du jour будет забыто, энциклопедия останется, а ее фактическое содержание и полнота сохранят целостность.

Комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь. Only registered users can post a new comment. Please login or register. Only registered users can post a new comment. Please login or register.