Bestiary.us

В старину, в далёкую старину, жили на самом краю одного маленького городка старик со старухой. Торговали они сладкими тянучками амэ^*.

Однажды в тёмный зимний вечер постучалась в дверь их лавочки какая-то молодая женщина. Стоя за порогом, она робко протянула монетку в три гроша.

— Вот, дайте мне, пожалуйста, немного ваших амэ…

— Что ж вы стоите на холодном ветру, госпожа? Заходите, обогрейтесь, пока мы завернём вашу покупку.

— Нет уж, я тут постою.

Взяла молодая женщина свёрток с лакомством и пропала во мраке.

Пришла она и на другой вечер. Стали старики говорить между собой:

— Кто она такая и почему приходит в такую позднюю пору? Неужели у неё другого времени нет?

На третью ночь женщина пришла снова. А на четвёртую старики спохватились: не монетку она им оставила, а сухой листок.

— Ах, обманщица! — заголосила старуха. — Пойди, старик, за нею вслед, она ещё не ушла далеко. Кабы у меня глаза были получше, она бы мне не подсунула листок вместо монеты.

Посеял человек репу. Уродилась репа хорошая, большая. Вот и повадился к репе довгомуд (довгомуд — это такие люди когда-то были: человек не человек, волк не волк: руки у него были такие как у человека, а тело всё в волосах, а на голове шапка — кто её знает какой масти), всю репу выноси́л. Вот и собирается человек на довгомуда, бить его. Идёт, идёт — лежит на дороге довбня^*.

— Здоров!

— Здоров!

— Куда идёшь?

— Довгомуда бить.

— Возьми и меня!

— Идём.

И пошли. Идут-идут — медведь им повстречался.

— Здоров!

— Здоров!

— Куда идёшь?

— Довгомуда бить.

— Возьми и меня!

— Идём.

И вот они уже втроём. Идут-идут — волк идёт.

— Здоров!

— Здоров!

— Куда идёшь?

— Довгомуда бить.

— Возьми и меня с собой!

— Идём.

Жили-были дед да баба, а у них были две внучки-сиротки — такие хорошенькие да смирные, что дед с бабушкой не мо