Потерчата

Потерчата
Потерчатав украинской мифологии демонические существа, которыми становятся мертворожденные или умершие некрещеными дети
Потерчатав украинской мифологии демонические существа, которыми становятся мертворожденные или умершие некрещеными дети
Потерчатав украинской мифологии демонические существа, которыми становятся мертворожденные или умершие некрещеными дети
Потерчатав украинской мифологии демонические существа, которыми становятся мертворожденные или умершие некрещеными дети
Потерчатав українській міфології демонічни істоти, якими стали діти, що померлі нехрещеними або народились неживими
Потерчáвариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числе
Потерчу́квариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числе
Страдчавариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числевариант украинского написания названия потерчаты в единственном числе

Детей, которые умерли некрещеными или родились неживыми, в Украине называют потерчатами, потерчуками, поторочами или страдчатами. Семь лет их души летают и просят: "Креста!" Голоса потерчат похожи на лягушачье кваканье. Кто услышит голос потерчат, должен пожалеть несчастную душу: бросить платок, полотенце или кусок холста — как рубаху для крещения — и произнести: "Иван да Марья! Крещу тебя во имя Отца, Сына и Святого Духа. Аминь", — и дать имя ребенку. Тогда умерший младенец становится ангелом. Если же за семь лет после смерти такого ребенка никто не покрестит, он попадает к нечистым духам.

Такое дитя воруют русалки, да и само оно, как говорят иногда в Украине, становится мавкой, "семилеткой". Эти русалки-семилетки обладают особой мудростью, проявляющейся в разгадывании или загадывании загадок.

Злые духи мучают украденных младенцев, и только на Зелёные святки они свободны от страшных пыток. Поэтому в Лубенском уезде на Полтавщине женщины, которые похоронили некрещеных младенцев, собирали когда-то на Русальную Пасху (четверг на Троицкой неделе) всех детей с улицы и угощали их. А на Подолье во время архаического обряда "гонения шуляка" женщины поминали своих умерших, особенно некрещеных детей. Существовало верование, согласно которому на Зелёные святки они являлись "русалками", "нявками", "гречухами" и пугали всех своим непредсказуемым поведением. Потерчат, которые уже стали русалками, изобразил Тарас Шевченко в Балладе "Причинная":

"Ух! Ух!

Солом'яний дух, дух!

Мене мати породила,

Нехрещену положила".

Зареготались нехрещені...

Гай обізвався; галас, зик,

Орда мов ріже. Мов скажені,

Летять до дуба...

Тарас Григорович Шевченко "Причинна"

Ух! ух!

Соломенный дух, дух!

Меня мать родила,

Некрещеного положила".

Зареготались некрещеные...

Гай отозвался; шум, зык,

Орда языков режет. Как бешеные,

Летят к дубу...

Тарас Григорьевич Шевченко "Причинная"

Хорошо известны и другие упоминания о потерчатах в украинской литературе. Леся Украинка в "Лесной песне" рассказывает: "Потерчата в руках имеют лампадки, что мелцают, то ясно вспыхивая, то совсем потухая", — так они заманивают людей в болото. А Николай Гоголь воссоздает устрашающую картину "нечистых" мест:

"... вечірня зоря потухає, ще не з'являються зірки, не горить місяць, а вже страшно ходити в лісі: по деревах дряпаються й хапаються за суччя нехрещені діти, ридають, регочуть, котяться клубком по дорогах і в широкій кропиві."

Микола Васильович Гоголь "Страшна помста"

"... вечерняя заря тухнет, еще не являются звезды, не горит месяц, а уже страшно ходить в лесу: по деревьям царапаются и хватаются за сучья некрещеные дети, рыдают, хохочут, катятся клубом по дорогам и в широкой крапиве."

Николай Васильевич Гоголь "Страшная месть"

Греки верили, что телонии — дети, умершие без крещения, — живут в утренних туманах. Души этих детей летают над полями и лугами красочными бабочками, пчелами и другими насекомыми, питаясь соком цветов. Матери курили ладаном перед образом Богородицы, чтобы успокоить тени своих несчастных младенцев.

В Украине рассказывали также, что души потерчат становятся филинами или аистами. Через семь лет после смерти потерча, так никем и не крещеное, становится филином. На Подолье думают, что именно поэтому филин нередко живет на кладбищах и кричит: "по-хо-вав" (похоронил). Отголоски этого верования сохранила и народная песня: "Ой сів пугач на могилі..."
(седой филин на могиле).

Само слово "потерча", как предполагает этнолог Д.Зеленин, образовалось от слова "чёрт": пачортя (как "пасынок") = почертя = потерча — с характерным для украинского языка сближением согласных "ч" и "т". Хотя значительно проще видится разгадка значения слова "потерча" из того же "страдча" — его ближайший синоним. "Терпіти", "потерпати" в западноукраинских говорах, как известно, означает то же, что и "страдать". Поэтому "потерча", будучи некрещеным, страдает на том свете, ведь его там, как уже было сказано, мучают злые духи. Да и вообще, удивительно предположить, чтобы наши богобоязненные предки, вспоминая о своем покойном ребенке, должны были постоянно произносить заодно еще и название нечистого, которого можно было, по их же мнению, таким образом еще и призвать. А почему выпал звук "п", объяснить очень легко: попробуйте быстро произнести "потерпча" несколько раз подряд — он и у вас выпадет, ведь так произносить значительно легче.

Другое правдоподобное объяснение: "потерча", равно как и "стратча" — "потеря", то есть потерянный ребенок, выкидыш.

Хоронить некрещеных детей на кладбище считали большим грехом. Поэтому места для похорон выбирали где-то за кладбищем, на перекрестке дорог. В древности их прятали в самом жилище: под порогом или ближе к печи. Такой обычай можно объяснить тем, что очень давно именно у печи хоронили умерших родственников. Поэтому каждая мать, которая прятала там дитя, надеялась, что им будут заниматься предки, которые не отдадут его нечистой силе. Погребение же под порогом или под перелазом в народе объясняли тем, что, переступая это место, люди каждый раз "творили ногами" крест, перекрещивали потерчат. Существовал также обычай переступать новорожденных животных, оберегая их от нечистой силы. Тех детей, что родились неживыми, закапывали и под "верхом", где закрывали в сенях "бовдур" — печную трубу. Это понятно, потому что именно дымоход дома считали ходом в потустороннее. По той же причине существовал обычай заглядывать в печь после похорон кого-то из домашних родственников, чтобы избавиться от страха, вызванного умершими. На Закарпатье, чтобы не бояться покойника-мужа, вдова трижды выкрикивала его имя в печь. У россиян некрещеных детей было принято прятать также в болоте: это отражало представление о потерчатах как о демонических существах, способных навредить.

Хоронили потерчат и под деревьями. Дерево, которое сажали на могиле, в представлениях людей является "мировым древом", что соединяет мир живых с миром умерших. Из Троицкого обряда "завивати вінки" в Новгород-Северском уезде на Черниговщине можно понять, что обычай хоронить потерчат под деревьями был довольно распространенным. "Завиваючи" березу, девушки серебряным крестом очерчивают круг, а под самим деревом оставляют поминальную еду. При этом поют:

У полі-полі під грушкою

Лежить тіло, як папір, біле;

Ніхто к тілечку не прихилиться.

Прихилилася стара бабочка,

Стара бабочка — єго маточка,

Узяла єго та й на рученьки,

Понесла єго та й до церковки.

Самі свічечки запалилися,

Самі книжечки зачиталися,

Самі дзвоники зазвонилися —

Біло тілечко схоронилося.

В поле-поле под грушою

Лежит тело, как бумага, белое;

Никто к тельцу не приклонится.

Опустилась старая бабочка,

Старая бабочка — его маточка,

Взяла его да на рученьки,

Понесла его и к церквушеньке.

Сами свечечки зажглися,

Сами книжечки прочлися,

Сами колокола зазвонилися —

Бело тельце схоронилося.

В песне говорится о мертвом малыше; мать берет его на руки и несет в церковь, где обряд Крещения совершается сам, без вмешательства священника.

На Волыни к потерчатам относились осторожно. Здесь считали плохой приметой, когда вдруг окажется, что дом построен на месте, где когда-то закопали умерших детей. Их души, как уже говорилось, все время летают и просят крещения. А кто услышит их голос, должен бросить все, что держал на тот миг в руках. Как же неудобно, а отчасти и опасно это для обитателей дома! Поэтому о человеке навязчивом подольчане говорят: "лезет, как потерча". В конце концов, для таких различий в отношении к потерчатам — не последняя причина и то, что их разделяли в народе на две разновидности. Души внебрачных детей, убитых при рождении, считали грязными, нечистыми; души брачных — белыми и чистыми. А если ребенка принимала баба-повитуха, то душа такого малыша была еще и "румяной".

Крестя потерчат, их тем самым отбирают у нечистого. Так что если кто бросает рубаху для крещения потерчате —должен опасаться то, чтоб черт не сделал ему какого зла. Существует даже предание, что одну даму, которая выносила рубаху для крещения, черт ударил так сильно, аж выбил ей глаз... Обычай давать потерчатам имена видится значительно древнее христианского обряда крещения. Так, согласно мифологии, сотворение мира, астральных светил, неба и земли, существ и всех вещей прошло через их наречение. Дать имя — значит дать жизнь. В случае с потерчатами — дать жизнь вечную, приобщить их к сонму ангелов (108: с.183-186).

Дітей, які померли нехрещеними або народились неживими, в Україні називають потерчатами, потерчуками, поторочами або страдчатами. Сім років їхні душі літають і просять: "Хреста!" Голоси потерчат подібні до жаб'ячого кумкання. Хто почує голос потерчати, повинен пожаліти нещасну душу: кинути хустину, рушник або шматок полотна — як крижмо для хрещення — і промовити: "Іван та Марія! Хрещу тебе в ім'я Отця, Сина і Святого Духа. Амінь", — і дати ім'я дитині. Тоді померле немовля стає янголом. Коли ж за сім років по смерті таку дитину ніхто не охрестить, вона потрапляє до нечистих духів.

Таке дитя крадуть русалки, та й саме воно, як кажуть подекуди в Україні, стає мавкою, "семиліткою". Ці русалки-семилітки володіють особливою мудрістю, що виявляється в розгадуванні чи загадуванні загадок.

Злі духи мучать украдених немовлят, і тільки на Зелені свята вони вільні від страшних тортур. Тому в Лубенському повіті на Полтавщині жінки, які поховали нехрещених малюків, збирали колись на Русалчин Великдень (четвер на Троїцькому тижні) всіх дітей із вулиці і пригощали їх. А на Поділлі під час архаїчного обряду "гоніння шуляка" жінки поминали своїх померлих, особливо нехрещених, дітей. Існувало вірування, згідно з яким на Зелені свята вони з'являлися "мавками", "нявками", "гречухами" й лякали всіх своєю непередбачуваною поведінкою. Потерчат, які вже стали русалками, зобразив Тарас Шевченко в баладі "Причинна":

"Ух! Ух!

Солом'яний дух, дух!

Мене мати породила,

Нехрещену положила".

Зареготались нехрещені...

Гай обізвався; галас, зик,

Орда мов ріже. Мов скажені,

Летять до дуба...

Тарас Григорович Шевченко "Причинна"

Добре відомі й інші згадки про потерчат в українській літературі. Леся Українка в "Лісовій пісні" розповідає: "Потерчата в руках мають каганчики, що блимають, то ясно спалахуючи, то зовсім погасаючи", — так вони заманюють людей у болото. А Микола Гоголь відтворює страхітливу картину "нечистих" місць:

"... вечірня зоря потухає, ще не з'являються зірки, не горить місяць, а вже страшно ходити в лісі: по деревах дряпаються й хапаються за суччя нехрещені діти, ридають, регочуть, котяться клубком по дорогах і в широкій кропиві."

Микола Васильович Гоголь "Страшна помста"

Греки вірили, що телонії — діти, померлі без хрещення, — живуть у ранкових туманах. Душі цих дітей літають над полями й луками барвистими метеликами, бджолами та іншими комахами, живлячись соком квітів. Матері курили ладаном перед образом Богородиці, щоб заспокоїти тіні своїх нещасних немовлят.

В Україні розповідали також, що душа потерчати переходить у пугача або лелеку. По семи роках після смерті потерча, так ніким і не охрещене, стає пугачем. На Поділлі думають, що саме тому пугач здебільшого живе на гробовищі і кричить: "По-хо-вав". Відголос цього вірування зберегла й народна пісня: "Ой сів пугач на могилі..."

Саме слово "потерча", як припускає етнолог Д.Зеленін, утворилось від слова "чорт": пачортя (як "па-синок") = почертя = потерча — із характерним для української мови зближенням приголосних "ч" і "т". Хоча значно простішою бачиться розгадка значення слова "потерча" через те ж таки "страдча" — його найближчий синонім. "Терпіти", "потерпати" в західноукраїнських говірках, як відомо, означає те саме, що й "страдати" у східних чи "страждати" в літературній мові. Отож "потерча" — це, найімовірніше, просто колишнє "потерпча" — бо воно, будучи нехрещеним, потерпає на тому світі, так само, як "страдча" — "страдає", адже його там, як уже було сказано, мучать злі духи. Таким чином, за значенням слова "потерча" і "страдча", швидше за все, абсолютно однакові. Та й узагалі, дивовижно припустити, щоб наші богобоязливі предки, згадуючи про своє чи своїх родичів покійне дитя, мусили постійно вимовляти заодно ще й назву нечистого, якого можна було, на їхню ж таки думку, в той спосіб іще й прикликати. А чому випав звук "п", це пояснити дуже легко: спробуйте швидко проказати "потерпча" кілька разів уряд — він і у вас випаде, адже так вимовляти значно легше.

Інше правдоподібне пояснення: "стратча" — "страчена", тобто абортована дитина, а "потерча" — "потеряне" дитя, викидень.

Ховати нехрещених дітей на кладовищі вважали великим гріхом. Отож місця для похорону обирали десь за цвинтарем, на перехресті доріг. У давнину їх ховали в самому житлі: під порогом або ближче до печі. Такий звичай можна пояснити тим, що дуже давно саме біля печі хоронили померлих родичів. Отож кожна мати, яка ховала там дитя, сподівалася, що ним опікуватимуться предки, які не віддадуть його нечистій силі. Поховання ж під порогом або під перелазом у народі пояснювали тим, що, переступаючи це місце, люди щоразу "творили ногами" хрест, перехрещували потерчатко. Існував також звичай переступати новонароджених тварин, оберігаючи їх від нечистої сили. Тих дітей, що народились неживими, закопували й під "верхом", де закривали в сінях бовдур — пічну трубу. Це зрозуміло, бо саме димар хати вважали ходом у потойбіччя. З тієї ж таки причини існував звичай зазирати в піч після похорону когось із хатніх родичів, щоб позбутися страху, спричиненого померлими. На Закарпатті, щоб не боятися небіжчика-чоловіка, вдова тричі вигукувала його ім'я в піч. У росіян нехрещених дітей було заведено ховати також у болоті: це відображало уявлення про потерчат як про демонічних істот, здатних нашкодити.

Хоронили потерчат і під деревами. Дерево, яке садили на могилі, в уявленнях людей є "світовим древом", що поєднує світ живих зі світом померлих. Із троїцького обряду "завивати вінки" в Новгород-Сіверському повіті на Чернігівщині можна зрозуміти, що звичай ховати потерчат під деревами був доволі поширеним. "Завиваючи" березу, дівчата срібним хрестом окреслюють коло, а під самим деревом залишають поминальну їжу. При цьому співають:

У полі-полі під грушкою

Лежить тіло, як папір, біле;

Ніхто к тілечку не прихилиться.

Прихилилася стара бабочка,

Стара бабочка — єго маточка,

Узяла єго та й на рученьки,

Понесла єго та й до церковки.

Самі свічечки запалилися,

Самі книжечки зачиталися,

Самі дзвоники зазвонилися —

Біло тілечко схоронилося.

У пісні йдеться про мертве маля; мати бере його на руки й несе до церкви, де обряд хрещення здійснюється сам, без втручання священика.

На Волині до потерчат ставилися обережно. Тут вважали поганою прикметою, коли раптом виявиться, що хату побудовано на місці, де колись закопали померлих дітей. їхні душі, як уже мовилося, весь час літають і просять хрещення. А хто почує їхній голос, має кинути все, що тримав на ту мить у руках. Як же незручно, а почасти й небезпечно це для мешканців хати! Тому про людину нав'язливу й подоляни кажуть: "Лізе, як потерча". Зрештою, для таких відмінностей у ставленні до потерчат — не остання причина й те, що їх поділяли в народі на два різновиди. Душі позашлюбних дітей, убитих при народженні, вважали брудними, нечистими; душі шлюбних — білими й чистими. А якщо дитину приймала баба-пупорізка, то душа такого маляти була ще й рум'яною.

Хрестячи потерча, його тим самим відбирають у нечистого. Отож коли хто кидає крижмо потерчаті — повинен стерегтися, щоб чорт не зробив йому якого зла. Існує навіть переказ, що одну пані, яка давала крижмо, чорт ударив так сильно, аж вибив їй око... Звичай давати потерчатам імена бачиться значно давнішим за християнський обряд хрещення. Так, згідно з міфологією, створення світу, астральних світил, неба й землі, істот і всіх речей відбулось через їх називання. Дати ім'я — означає дати життя. У випадку з потерчатами — дати життя вічне, прилучити їх до сонму янголів (108: с.183-186).

Статус статьиСтатус артыкулаStatus artykułuСтатус статтіArticle status
Процессия (незаконченная статья в процессе написания)
Подготовка статьиПадрыхтоўка артыкулаPrzygotowanie artykułuПідготовка статтіArticle by
0
Адрес статьи в интернетеАдрас артыкулу ў інтэрнэцеAdres artykułu w internecieАдрес статті в інтернетіURL of article: //bestiary.us/poterchata
Культурно-географическая классификация существ: Культурна-геаграфічная класіфікацыя істот: Kulturalno-geograficzna klasyfikacja istot: Культурно-географічна класифікація істот: Cultural and geographical classification of creatures:
Ареал обитания: Арэал рассялення: Areał zamieszkiwania: Ареал проживання: Habitat area:
Псевдо-биологическая классификация существ: Псеўда-біялагічная класіфікацыя істот: Pseudo-biologiczna klasyfikacja istot: Псевдо-біологічна класифікація істот: Pseudo-biological classification of creatures:
Физиологическая классификация: Фізіялагічная класіфікацыя: Fizjologiczna klasyfikacja: Фізіологічна класифікація: Physiological classification:

Comments

Отправить комментарий

The content of this field is kept private and will not be shown publicly.
CAPTCHA
Пожалуйста, введите слова, показанные на картинке ниже. Это необходимо для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя спам-бота. Спасибо.
1 + 0 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. То есть для 1+3, введите 4.

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь. Only registered users can post a new comment. Please login or register. Only registered users can post a new comment. Please login or register.

Еще? Еще!

Таргылтыш — по представлениям марийцев, опасный одноглазый дух леса, которым становится душа умершего неестественной смертью грешника
Русалки — в славянской мифологии духи водоемов, в которых превращаются умершие девушки, утопленницы, некрещёные дети
Вий — воспетый Гоголем персонаж восточнославянского фольклора, чей смертоносный взгляд скрыт под огромными веками
Маупун — в поверьях восточного Полесья, умерший до крещения мальчик, который становится после смерти главным над русалками-мавками
Планетники — у южных и западных славян мифические существа, пребывающие в дождевых и градовых тучах, управляющие движением туч, осадками, ветром, погодой
Волколак — в славянской мифологии оборотень, чeлoвeк, вынужденный принимать oблик вoлка
Летавец — по славянским поверьям дух, который слетает на землю падучей звездой и, принимая знакомый человеческий образ, вступает в связь со своими жертвами
Черти — в славянском фольклоре злые духи
Нахцерервампирическое существо из средневекового северогерманского и кашубского фольклора, покойник, поедающий себя в могиле
Стрыга — в западно-славянской и карпато-балканской мифологиях ведьма, нежить, упырица, пьющая человеческую кровь
Ангиак — в поверьях эскимосов Аляски мстительный дух брошенного умирать новорожденного ребенка
Блуждающие огоньки — таинственные природные явления или мифологические существа, наблюдаемые по ночам на болотах, полях и кладбищах
Божонтка — в польской мифологии (как правило, дружелюбный) призрак ребенка, умершего до крещения
Мавки — в украинском и польском фольклоре лесные девы, живущие в карпатских лесах, пещерах и на горных пастбищах, обычно описываемые как "отворенные", то есть дырявые сзади
Утуму — в мифологии папуасов киваи мстительный дух человека, которому после смерти отрезали голову
Лиетуонис — в латышской мифологии существо, по ночам душащее спящих, садясь им на грудь
Абура-акагоёкай из японской провинции Оми, появляющиеся в виде огненных шаров, но также принимающие облик маленького ребенка, лакающего масло из фонарей
Богинки — в поверьях западных славян страшные природные демоны в облике уродливых старух или бледных девушек
Блуд — в восточно-славянском фольклоре лесной дух, который сбивает с дороги путников, заставляет их плутать по лесу, заводит в болото или чащу
Корриларио — согласно португальскому фольклору, легендарные существа в собачьем обличье, которыми становятся потерянные души